Кардиохирург Борис Тодуров: “В Украине за десять лет не проведено ни одной трансплантации сердца”


Директор столичного Института сердца в очередной раз призывает депутатов Верховной Рады, сотрудников Министерства здравоохранения Украины как можно скорее пересмотреть Закон «О трансплантации», чтобы врачи могли помогать безнадежным пациентам

Месяц назад столичные кардиохирурги сделали сенсационную операцию. 41-летнему харьковчанину вживили механическое сердце. В реанимационную палату к Павлу Дорошко разрешили заходить журналистам. Им подробно рассказывали о сути вмешательства. Затем Борис Тодуров поэтапно выкладывал отчеты о состоянии Павла на своей страничке в «Фейсбуке». Вот пациент садится на кровати в реанимации, вот впервые выехал на прогулку, сделал первые шаги.

— Мы должны были показать, что эта операция действительно продлила жизнь человеку, который погибал, — говорит директор столичного Института сердца доктор медицинских наук Борис Тодуров. — Кроме того, важно было, чтобы люди увидели: мы можем применять самые сложные методики, использовать передовые технологии, которые уже давно внедрены в мире.

Жена Светлана вот уже месяц практически не отходит от супруга.

— Паша сильно похудел, быстро устает, но с каждым днем чувствует себя все лучше, — говорит Светлана. — Мы благодарны врачам за то, что они взяли на себя такую ответственность, сделали новую для себя операцию, уговорив компанию предоставить механическое сердце. Насколько я знаю, деньги за него — а это 120 тысяч евро — все еще не выплачены. Перед операцией Паша уже практически не поднимался с кровати, у него была сильнейшая одышка. Без оперативного вмешательства ему оставалось жить не больше месяца.


*После операции Павла поддерживают супруга Светлана и отец, который приехал к сыну из Харькова

Когда директор Института сердца Борис Тодуров объяснял журналистам принцип работы механического сердца, Павел внимательно смотрел на экран. Ведь турбинка, которая перегоняет кровь, теперь постоянно работает в его груди. А питание механизм получает из аккумуляторов, находящихся в небольшой сумке. Ее нужно, не снимая, носить на плече или в руках.

— В Европе есть случаи, когда люди с механическим сердцем живут более семи лет, — говорит Борис Михайлович. — Но все же этот метод призван продлить пациенту жизнь приблизительно на два года. За это время должно найтись подходящее для пересадки сердце. Поэтому, чтобы действительно спасти жизнь Павлу, нам нужно изменить Закон «О трансплантации», из-за которого мы, специалисты, не можем получать донорские органы, а значит, делать пересадки. Либо искать 200 тысяч долларов, чтобы отправить нашего пациента на такую операцию за границу. Но ведь трансплантации реально выполнять здесь, в Киеве.


*Борис Тодуров (второй справа) впервые в Украине пересадил донорское сердце, впервые вживил и механическое. Рядом с ним — его пациенты, которым он продлил жизнь. Но за 14 лет с момента проведения первой трансплантации сердца таких пересадок должно было быть в десятки раз больше (фото Сергея Тушинского, «ФАКТЫ»)

Чтобы врачи убедились, что пересадка сердца, сделанная в Киеве, может быть успешной, Борис Тодуров пригласил на пресс-конференцию своих пациентов Эдуарда Соколова из Харькова, который перенес трансплантацию 14 лет назад, и Сергея Маценко из села Кобеляки Черкасской области — ему пересадили сердце десять лет назад. Кадры, сделанные во время пересадок, транслировались на экран. Вот из специального пакета достают донорский орган, вкладывают его в грудную клетку лежащего на операционном столе человека, начинают вшивать…

— Решив провести вживление механического сердца, мы показали, что умеем делать такие операции, что готовы к самым сложным вмешательствам, осваиваем новые методики, — говорит Борис Тодуров. — И мы не просим ни денег, ни оборудования, а только создать нормальную законодательную базу, чтобы можно было спасать смертельно больных людей. Существует статистика, согласно которой ежегодно в Украине нужно пересаживать одну тысячу сердец, две тысячи почек, полторы тысячи печеней. В данный момент Испания находится на первом месте в мире по количеству трансплантаций. Там делают 35 пересадок в год на один миллион населения. В Украине же за десять лет не проведено ни одной трансплантации сердца…

В существующем законе прописан пункт, который, собственно, и стопорит развитие всей отрасли. В нем сказано, что в случае гибели человека решение о том, можно ли забрать его органы для пересадки, принимают родные: родители, супруг или супруга, дети…

— Это же полный абсурд! — говорит Борис Тодуров. — Получается, что я не могу распоряжаться своим телом. То есть имуществом могу — решить при жизни, кому достанется моя машина, кому — часы, даже пиджак, а завещать свое сердце для пересадки не имею права. Мы все должны ответить на этот вопрос при жизни — будем ли в случае гибели донорами органов. После того как в соседней Белоруссии изменили закон, и у людей, которые при жизни не написали отказ от донорства, стали брать органы, в стране произошел прорыв. Теперь к ним едут со всего мира на пересадки. Только пациенты нашего института, нуждавшиеся в трансплантации сердца, отвезли в соседнее государство за год миллион долларов. Мы финансируем медицину других государств, но не развиваем свою.

— Я хорошо понимаю всю важность этого вопроса, — сказала исполняющая обязанности министра здравоохранения Украины Ульяна Супрун. — У меня есть друг, который сам ждет пересадки почки. В течение пяти лет три раза в неделю по шесть часов он находится в клинике, где ему очищают кровь. Избавить от такой необходимости может трансплантация. Но родственников, которые могли бы стать донорами, у него нет, а трупную пересадку в Украине не выполняют. Мы ждем от Верховной Рады нового закона, но сейчас должны действовать в рамках существующего законодательства. И здесь я вижу другую проблему. Мы не говорим со своими родными, как бы хотели поступить со своими органами после смерти. Если в семьях будет понимание, если мы будем обсуждать эти вопросы, близкие люди будут знать, как хотел бы поступить их родственник, разрешение на забор органов начнут давать. Сейчас мы пытаемся восстановить донорские списки, чтобы люди могли вносить в них свои имена. В данный момент 44 человека ждут лечения за границей. Один из них не дождался очереди и погиб от болезни… Но важно понять, что за те же деньги, которые государство тратит на лечение своих граждан за границей, в стране можно помочь в три раза большему числу больных.

— К сожалению, люди склонны верить в какие-то мифы, — сказал Борис Тодуров, услышав мнение о том, что новый закон позволит «разбирать» людей на органы. — Но мы стараемся терпеливо объяснять, как происходит забор и пересадка органов. Сердце, которое взяли у погибшего человека, может находиться без кровообращения всего четыре часа. За это время его нужно доставить в специализированную клинику, где бригада врачей уже будет удалять больной орган пациента. Пересадку — сердца, почек, печени, легких — невозможно выполнить в одиночку, в простой операционной. Когда мы пересаживали сердце Эдуарду, кроме меня в операционной находилась команда из 12 человек. И каждый делал свою работу. Скрыть такие операции, спрятать их, сделать так, чтобы никто не узнал о прооперированном человеке, невозможно.

На днях в «Фейсбуке» свое мнение по поводу трансплантации органов высказала директор фонда «АнтиСПИД» Ольга Руднева. Ее слова трогают до глубины души:

«Я мечтаю, чтобы мое сердце прожило еще одну жизнь. Видели историю о том, что в Штатах невесту к алтарю повел мужчина, в груди которого билось сердце ее отца? Эта история и стала началом мечты. А еще одним из моих любимых фильмов всегда был „Семь жизней“. Именно столько человек можно спасти после своей смерти. Правда, пока не в Украине. В Белоруссии можно, в Индии можно, в Украине нельзя. На уровне системы есть только единичные специалисты. Нет качественных списков реципиентов, нет выстроенной системы взаимодействия всех служб, нет бюджета на постподдержку. На уровне обычных людей нет понимания, что на том свете сердце и почки не пригодятся. Я не знаю, что чувствует человек, которому в нашей стране требуется пересадка органа. Не знаю, что чувствуют родственники, которые теряют близких, так и не дождавшись очереди. Но точно знаю, что буду чувствовать я, живя с пониманием, что после моей смерти у моего сердца будет еще одна жизнь. Именно поэтому я подписываю петицию, которая начнет этот процесс в Украине. Она не идеальна, но если не сделать первый шаг, будут продолжать умирать люди из-за того, что мертвые забирают с собой жизненно важные органы. Присоединяйтесь ко мне, люди, которые желают своему сердцу еще одну жизнь: https://petition.president.gov.ua/petition/27391».

Таким образом Ольга призывает подписать петицию к президенту Украины о скорейшем принятии изменений к Закону «О трансплантации». Если вы хотите, чтобы ваше сердце прожило не одну жизнь, присоединяйтесь.

Виолетта Киртока “Факты”   26-08-2016








Right Menu Icon